Женщина пьет не с горя,
Ее просто тоска ломает.
Она разум и сердце ссоря,
Единение обретает.
Женщина пьет отчаянно,
Она сладость находит там.
Эта женщина опечалена...
Соответствует всем грехам.
И на дне замутненном этом
Ищет истины луч правдивый.
Баба пьет по тому человеку,
Который уже не любимый.
Она пьет по детским ладошкам,
Не обнявшим ее ни разу.
Женщина пьет истошно,
Повторяя молитвы фразу...
Ей оставить бы дно пустое,
Но в пустой же квартире спать...
Она видит решенье простое-
Перестать существовать.
Чтоб не пить по мужскому голосу,
По нежным детским ручонкам,
Оставить черную полосу,
Вымыть руками точеными.
Женщина пьет не с горя,
Ее просто тоска съедает.
Обреченная на изгоя,
Она ищет ворота рая...
Ее просто тоска ломает.
Она разум и сердце ссоря,
Единение обретает.
Женщина пьет отчаянно,
Она сладость находит там.
Эта женщина опечалена...
Соответствует всем грехам.
И на дне замутненном этом
Ищет истины луч правдивый.
Баба пьет по тому человеку,
Который уже не любимый.
Она пьет по детским ладошкам,
Не обнявшим ее ни разу.
Женщина пьет истошно,
Повторяя молитвы фразу...
Ей оставить бы дно пустое,
Но в пустой же квартире спать...
Она видит решенье простое-
Перестать существовать.
Чтоб не пить по мужскому голосу,
По нежным детским ручонкам,
Оставить черную полосу,
Вымыть руками точеными.
Женщина пьет не с горя,
Ее просто тоска съедает.
Обреченная на изгоя,
Она ищет ворота рая...
Комментариев нет:
Отправить комментарий