Заря не зря, и я не зря

    Еще в школе меня мучал один вопрос. На каждом уроке литературы, посвященном выдающемуся поэтому, я думала: "Почему у каждого легендарного и признанного писателя и поэта была сложная жизнь, трагическая судьба и ужасная гибель?" Почему-то мы признаем человека великим посмертно. Как будто если писатель прожил светлую долгую жизнь, то его творчество не поднимает проблем морали и общественной жизни, да и самой Жизни в целом. В биографиях людей мы выискиваем самые темные моменты, которые дали толчок творчеству. И конечно же, находим, ведь еще со школы нам навязываются хрестоматийные образы великих людей.

    Да, к сожалению, мы признаем людей великими посмертно. Но тоже далеко не всех. П тех, кто был допущен в те самые школьные хрестоматии, которые служат основой знаний о высокой классике многим жителям страны.

    А я сегодня открыла для себя творчество потрясающего поэта с не менее трагичной, чем у всех образов поэтов из школьных учебников, судьбой - Аркадия Кутилова. Человека, который 17 лет бродяжничал, писал стихи на обрывках бумаги, в своем паспорте, на обратной стороне упаковки сигарет, обвинялся советской властью за диссидентсво, крамольные стихи, тунеядство и прочее. Да, Аркадий Кутилов не был идеальным человеком. Да, он совершал ошибки в жизни. Да, возможно сам виноват во всем, что с ним случилось. Но не таковы ли все наши русские поэты, которых мы изучаем еще в школе? Вот только почему-то одни из буквально вбиваются нам в голову, а другие остаются на задворках. Тело Аркадия Кутилова не востребовали в морге и место его захоронения долго оставалось неизвестным. Зато теперь его именем называют библиотеки, посмертно выпускают его стихи и ставят ему памятники. А люди, особенно омичи, которые видят исписанные граффити стены со строками "Заря не зря, и я не зря" и слышат эти строки, даже не знают, что это стихи того самого неизвестного и всеми забытого покойника, найденного в июле 1985 года в сквере около Омского транспортного института.

    Так грустно, что люди, не менее достойные занять свое место в наших сердцах, остаются забытыми еще при жизни. Но я надеюсь, что прочитав эту статью, кто-то из вас вобьет в поисковую строку своего браузера "Аркадий Кутилов стихи" и окунется в его поэзию, пропитанную любовью и надеждой, а также верой в жизнь.

Заря, заря, вершина декабря... 

В лесах забыт, один у стога стыну. 

Встает в тиши холодная заря, 

Качнулась чутко веточка-стрела, 

мороз, как бык, вылизывает спину.



запела гильза маленьким набатом...

и на поляну вымахнул сохатый... 
И, падая на землю из ствола, 

Не зря стволы пустеют в два оконца...
Заря не зря, и я не зря, и зверь!..
И, как прозренье в маленькую дверь, 
через глаза в меня входило солнце!

                       

                 

Poesy: Каждый оплакивает своих покойников

Каждый время от времени оплакивает своих покойников.
Думает – свечку поставлю и испеку блинов.
Может, приснятся снова, и может, будет спокойнее…
Только мне уже тошно от ожидания снов.
Я их не покойными вижу – мечутся, как при жизни.
Ужели и там, на небе, не будет душам спокойствия?
Бабушка медленно ходит, дед собирает вишню,
И все от земных привычек получают сплошь удовольствие.
И плачем мы по забытым и полустёршимся ликам,
Помня слова, привычки, но напрочь забыв лицо.
Помня в работе руки, но не слыша звенящих криков,
И ранит это, саднит, как девять грамм свинцом.
С каждым такое случается – все плакали по могилам.
Каждый забыть старался мертвых среди живых.
Господи, я не справлюсь, пожалуйста, помоги нам…
Только воспоминаний, Господи, не лиши.

Poesy: Путешествие по Вселенной

Могу сказать лишь одно - никогда не соединяйте в один коктейль диету, бессонную ночь, крепкий кофе и песни группы Nirvana. Иначе в голову придут странные стихи. Хотя мне нравится, когда внезапно из под моей руки выходит что-то легкое и нетипичное, хотя немного пугающее рационально мыслящих людей.

А если бы на планете остались лишь наркоманы,

Сладко курили бы травку и слушали Курта Кобейна?

А мы бы шагали дерзко, растянувши к черту карманы

И читали стихи, которые нам атмосферой навеяны.

И босиком по лужам, задыхаясь от запахов мути

Мы бежали бы с тобой к радуге и к синеглазым эльфам,

Ты бы дарил мне лилии, анютины глазки и лютики,

Я бы их принимала и делала тысячи селфи.

А после мы бы поехали на белом единороге

На море, в долину Шира, быть может, на остров Пасхи.

В старых развалинах церкви, что встретилась нам по дороге,

Мы бы поставили свечи и обвенчались в ласке.

А после катались по морю под алыми парусами

И рыбы – ужасно смелые – прыгали б из воды.

Ты бы смотрел наивными голубыми глазами,

А я бесстыдно-зелеными, оставляя везде следы.

Маленький принц (конечно, душой уже повзрослевший)

Нам бы махал приветливо, наблюдая  тридцатый закат.

А мы бы кричали до одури, горлом уже заболевшим,

Что барашек ест его розу, что пусть он посмотрит назад!

И было бы все красиво, сказочно и нереально,

И мы с тобой были б лучше, красивые и свободные…

Но мне и сейчас чудесно, хотя и немного банально.

Зато мы с тобой настоящие. Мы точно природные.

А если бы на планете остались одни наркоманы,

То нам с тобою пришлось бы срочно бежать с Земли,

Искать другую звезду с плантацией (мы ж кофеманы!)

И куда-то поставить кровать, что мы с собой привезли.

А может, нам и не нужно другой планеты и прочего?

Я знаю, без всяких наркотиков у нас дома раскинулась радуга.

Твоя девочка ночью пьет кофе, и бешено фразы строчит,

А все потому что она  умеет мечты угадывать.

О добродетели

    Давно задумывала эту статью, но всегда откладывала из-за внутренней неуверенности - а стоит ли? Ведь назвать меня истово верующей нельзя, но и осуждение религии и ее служителей - не мое. В итоге я решилась просто высказать свои впечатления.

    В конце августа судьба привела меня в католический собор. Никаких духовных предпосылок к тому не было, я посетила его как одну из достопримечательностей города. Уже пересекая ворота, я стала чувствовать опасения, что дальше них я не пройду, так как это храм, а я иду туда в шортах и легкой майке. Однако, к моему удивлению, никто меня не остановил и я спокойно вошла внутрь.
   
    Удивительное спокойствие, простота и красота, солнечный свет сквозь витражи по библейским сюжетам, белые лилии в вазах - все это и создает ту уникальную атмосферу, присущую церквям. Но, поскольку впервые я оказалась в католическом храме, все воспринималось иначе.

    Более всего меня удивила женщина, которая во внутреннем дворике поливала цветы. Увидев меня, она поспешила в храм, чтобы рассказать о нем, о здешних службах и приходе. И - внимание! - ни слова о моем внешнем виде. Лишь узнав, что мы хотим посетить вечернюю службу, чуть замявшись, попросила чем-нибудь прикрыть ноги. Это был один из самых светлых и теплых приемов в моей жизни.

    За месяц до этого я, как человек, выросший в православных традициях, зашла в православную церковь поставить свечу за близкого мне человека. Головного убора не нашлось, юбка была выше колен, но я была слишком расстроена, чтобы обратить на это внимание. Первое, что я услышала - злобное шипение старушек, которые за моей спиной произносили слова "богохульница" и "святотатство". Затем, когда перед иконой я начала ставить свечу, одна из них подошла ко мне и твердой рукой показала мне, как это делается, не забыв упомянуть, что в таком виде мне здесь не  место. Видимо, тот факт, что я стою перед иконой и плачу, не играл абсолютной роли.

    Я обещала просто высказать свои впечатления и я это сделала. Но тем не менее для меня до сих пор непримиримо противоречие - почему в храме чуждой мне религии я действительно чувствовала себя как в намоленном и  светлом месте, а в родном, казалось бы, мне храме, я встретила такое отношение, после которого нет желания возвращаться?

   

Poesy: Диалоги с городом

Что еще сказать...Люблю Омск.

И вновь встречаю с городом рассвет.

Теперь уж не ему, а мне не спится.

С утра ты мне не скажешь ни привет,

Не сваришь кофе с терпкою корицей.

Я носом не уткнусь тебе в плечо,

А ты не улыбнешься еле сонно.

Я стала забывать, как горячо

Во сне ты дышишь, пусть и монотонно.

И примостившись маленьким ребенком

Со мною город выпьет шоколад

Обычно приторный, а тут – солено-горький.

И город улыбнется невпопад.

Он рад бы мне ответить той заботой,

Когда мы с ним терпели его боль.

Но каждую минуту «а ты…кто ты?»

И каждый раз напоминать?.. Изволь.

Я не виню. Он просто впавший в детство,

Убитый горем, ласковый старик.

И друг от друга нам уже не деться –

Так близок стал его наивный лик.

Он крепко дорожит моей бессонницей,

Растроганный, он моросит дождем.

И как своей несчастнейшей невольнице,

Он тихо шепчет мне на ухо «Подождем»…

И слов я не найду, чтобы ответить…

Я подожду, дождусь, я знаю точно.

А город…он не осознал потери,

Он до сих пор влюблен в нее заочно

И ждет, что в клубах пара на вокзале

Вдруг промелькнет давно забытый лик.

И я заплачу. Он притих…Я  знаю –

Он лет уж сто затерт, забыт, поник.

И виновато обладая знаньем

Я  не решусь смотреть в его глаза.

Его легко убьет мое признанье,

И градом станет вдруг его слеза…

И мы сидим, мы терпим шоколад,

Мы ждем тебя, чтоб поделиться тайной.

На свете есть у каждого свой ад,

И каждому дано свое названье:

Гордыня, скука, бедность, полнота,

Наивность или дар пророчества.

А город, глядя прямо мне в глаза,

На выдохе листвою: «одиночество».

Poesy: Старый город

Как всегда, на самые глубокие размышления меня толкает подготовка к экзаменам. Окунувшись в атмосферу дореволюционной России, я вдруг подумала: сколько всего пережили и видели города, сколько тайн и воспоминаний хранят их дворы и переулки. И у каждого города была женщина, своей судьбой неразрывно связанная с ним. Так и родилось это стихотворение...

Старый город  голубых кровей

Мается бессонницей ночами.

Как и я, он ищет где теплей,

Как и я, в тебе души не чает.

Видит он из прошлого картины:

Офицеры, дамы, поезда,

Старые дома, балкон, лепнина,

Разоренье царского гнезда.

В клубах пара, в своих тихих мыслях

Город будто ночью обречен

Тяжким грузом на меня повиснуть,

Быть в мои объятья заключен.

Блеск и нищета, живая жила –

Ночью город тих. Седой старик.

Ночью уже не хватает пыла…

Ночью он судьбой своей поник.

Мы с ним выпьем терпкий сладкий чай,

Вместе встретим солнечный рассвет.

Вновь он оживет, и невзначай

Позабудет море крови, бед,

Расставанья, встречи, слезы счастья,

Крик и тишину, что навека...

Этот город знает, что пропасть он

Точно не сумеет никогда.

И старик, совсем по-детски вздрогнет

И уткнется носом мне в плечо.

У меня на памяти и строк нет,

Чтобы описать как горячо

Бьется сердце. Бьет ключом страданье

И усталость. Только все равно

Этот старый город без названья

Ливнем барабанит мне в окно…

Ты проснешься, спросишь, как спалось.

Ничего, наверно, не отвечу.

Только брошу мельком взгляд в окно:

Странный, хмурый и совсем не вечный,

Гордый – впрочем, как и все мужчины,

Город позабыл бесчеловечно,

Как дождем он плакал без причины,

Как страдал, что время скоротечно.

Хорошо, что крепко ты заснул,

И не слышал его тихой муки:

Этот город долго протянул,

Только с ней не выдержал разлуки…

Poesy: Женское непостоянство

Полгода я изучала французскую художественную культуру. И поняла одно - женщины невыносимо непостоянны. И родились 2 стихотворения на эту тему.

Если надо, я тоже бежать три квартала буду,

Чтобы в глаза сказать, как ты мне безразличен.

Я тебя навсегда и ко всем чертям позабуду.

Подумаешь, я же всего лишь твоя привычка.

Пусть и любимая...Пусть и была твоим пледом,

Пусть и обеды готовили только вместе.

Я позабуду, что это моя победа,

Я позабуду, что это все - дело чести.

Если обидишь, то не найдешь меня дома.

Если б не трусила - может, тело убила.

Я три квартала бежать за тобой готова,

Чтобы сказать, как сильно тебя любила.

********

Я больше не пишу тебе стихи.

Я больше не поведаю ни строчки.

Они просты, нелепы и тихи,

Я часто забываю ставить точки…

И больше никаких кварталов тех,

Которые я пробежать хотела,

Чтобы сказать открыто и при всех,

Как сильно я тебя любить посмела.

И больше никаких «в тебя я верю»,

Я это в прозе лучше расскажу.

Не будем же считать это потерей,

Ведь смысла нет, я так предположу…